Религия и ее влияние на формирование правовых систем. Правовые системы государств Азии и Африки

На формирование правовых систем в некоторых современных государствах активно влияют различные мировоззренческие формы, в частности религия. Причем это влияние может проявляться независимо от формального места религии в государственной жизни – и в светских, и в клерикальных государствах. Религиозно-этические учения и религиозная культура несут позитивный потенциал для решения многих, в том числе правовых, проблем в современном мире. Воспитание гражданственности, соответствующих человеческих качеств в духе принятия нравственности за основу жизни, этического преображения общества – таковой видится глобальная задача духовного воспитания, осуществляемого в разных государствах, в том числе и религиозно-правовыми средствами.

Религиозное мировоззрение имеет достаточно древние корни. Основные мировые религии зародились тысячелетия назад, и одной из их функций было поддержание социальной общности и определенного порядка взаимоотношений в ее рамках. Для большинства религий в целом характерно безукоснительное следование их приверженцев правилам, законам, заповедям, ритуалам, установленным в религиозных источниках, обетам, добровольно налагаемым на себя верующими. Моральный долг каждого верующего – уважать друг друга, заботиться о нуждающихся, сострадать обездоленным единоверцам (ислам, иудаизм) или без различия веры (христианство). Это своего рода "обязательственная" составляющая правового значения религии.

Немало государств в современном мире признали религию основной государственной идеологией, а религиозное право наряду с государственным обеспечивает социально регулирующую функцию государства. Теистическое происхождение объясняет характер права, сложившегося на базе религиозных норм. Священные писания, религиозные сочинения, тексты жизнеописаний основоположников религиозных учений и т.п. выступают источниками права религиозных правовых систем. Религиозное право применяется лишь в отношении исповедующих данную религию людей.

В большинстве современных государств, народы которых исповедуют христианство (это в основном государства Европы и Америки), религии отводится место нравственно-этического регулятора общественных отношений. В системе социальных норм религиозные правила выступают как моральные предписания. Но исторически христианские религиозные нормы и правила стали источником и содержательным материалом для установления в этих государствах официальной нормативной правовой регламентации. Преобразование религиозных правил в законы государств, население которых исповедует христианство, произошло так давно, что о религиозных корнях правовых систем современных государств и предопределенности права церковными догматами практически не говорят.

Религиозную историю имеет формирование государственных институтов. Например, во всех современных государствах с христианским населением конституционно установлено требование об обязательном гражданстве главы государства – независимо от характера замещения этой должности: в порядке выборов или наследования. Источником этой нормы считается ветхозаветное правило: "из среды братьев твоих поставь над собою царя; не можешь поставить над собою иноземца"[1].

Нормы христианского права со временем стали утрачивать адекватность темпам и потребностям развития товарно-денежных экономических отношений. Некоторые государства сохраняют юрисдикцию церкви в разрешении некоторых вопросов частного права, например вопросов заключения и действительности брака. Так, в Италии предусмотрены как гражданская, так и церковная форма брака; необходимо лишь уведомить государственные органы о состоявшейся церковной церемонии бракосочетания. Если учесть ту роль, которую играет церковь в католических странах – в Италии или Испании, и то, что католики составляют абсолютное большинство населения этих стран, то можно сказать, что церковная форма брака является, по существу, обязательной.

Специфической чертой иудейского права обычно называют такую его особенность, как этническая (национальная) принадлежность. Историко-культурное значение нормативного содержания иудейского вероучения связывается с приспособлением средств религиозного характера к решению главным образом проблем этнической идентичности, сохранению сложившегося уклада жизни. Богоизбранность еврейского народа, мессианское назначение его земного существования – тот идеологический миф, который сложился в религиозной среде и служит прежде всего культовым интересам. Поддержание этого мифа, передача его из века в век – свойство, метод и феномен еврейской религиозной идеологии. Эти особенности отражены и в сложившемся на ее основе иудейском праве, распространенном в государстве Израиль.

Источником права иудеев является Библия, точнее, та ее часть, которая содержит Тору (или Пятикнижие Моисея), Пророки (древние хроники и пророчества) и Писания (Агиографы, или литературные тексты главным образом лирического, историко-описательного или назидательного характера) – иначе, Ветхий Завет. Другой источник – Талмуд. Он представляет собой сборник древних священных писаний, который состоит из текстов (Мишна) и их толкований еврейскими священнослужителями – раввинами (Гемара). Многие исследователи признают, что как источник иудейского права Талмуд имеет больший авторитет и значение, чем Ветхий Завет. В целом в праве Израиля не существует четко обозначенной границы, разделяющей право государственное и религиозное. Каких-либо общих законодательных установлений, определяющих место и роль религии и религиозных учреждений в правовой системе Израиля, нет. Некоторые судебные функции в Израиле возложены на судей религиозных иудейских (раввинских), мусульманских (шариатских и судов шиитской секты друзов), различных христианских судов, юрисдикция которых ограничена делами о "персональном статусе граждан". Такие суды применяют религиозно-правовые нормы и выносят общеобязательные решения.

Наряду со значительным влиянием иудаизма на развитие светского права, в современной израильской правовой системе нашло отражение и мусульманское право (как отголосок истории четырехсотлетнего пребывания занимаемых израильтянами территорий в составе Османской империи), и английское право и традиции государственного управления Великобритании, осуществлявшей управление Палестиной до образования государства Израиль (1917–1947). В целом признается, что правовая система Израиля развивается по канонам отчасти романо-германского (главным образом его французской модели), а частично – англо-американского права; и статутное правотворчество, и судебный прецедент в равной мере определяют развитие современного права государства Израиль.

Мусульманское право выступает только одним, но имеющим весьма показательное значение звеном мировой религии – ислама. Ислам гораздо в большей степени, чем другие религии, уделяет внимание светским вопросам, взаимоотношению людей в их повседневной жизни. Нормы шариата нацелены на защиту пяти основных ценностей – религии, жизни, разума, продолжения рода и собственности. Защищаемые мусульманским правом интересы подразделяются на принадлежащие Аллаху, отдельным индивидам либо и Аллаху, и людям. Основой мусульманского права выступает свод теологических, правовых и нравственных нормативов, признаваемых исламом "вечным и неизменным" – шариат[2]. Шариат являет собой правила жизни – культовой, повседневной – мусульман и служит мировоззренческой основой мусульманского права. Мусульманское право имеет четыре основных источника, иначе – фикха. Одни фикхи содержат Божественные откровения и поэтому считаются священными, другие – доктринальные толкования представителей мусульманско-правового учения – своим авторитетом обязаны мусульманской правовой науке.

К первым источникам относятся Коран и Сунна. Коран (священная книга ислама) объединяет догматические постулаты, а также нравственные требования и предписания, данные людям Богом (Аллахом) и переданные им через пророка Мохаммеда. Регулирование правовых вопросов в Коране осуществляется установлением принципов или определенных рамок поведения. Развитие эти принципы получили в источнике, описывающем традиции, связанные с жизнью, поведением, высказываниями Мохаммеда – Сунне.

Нормативная регуляция, установленная в Коране и Сунне, поощряет творческое ее уяснение. Мало того, один из принципов мусульманского правоведения гласит: "...не запрещается изменение нормы с изменением времени"[3]. Так устанавливаются правила повседневного поведения мусульман, дается рациональное толкование Корана и Сунны. Толкованием общих или неоднозначных положений и устранением пробельности Корана и Сунны (иджтихад) формулируется значительное количество норм, которые регулируют отношения между людьми. Считается, что иджтихад имеет большое значение как средство поддержания соответствия шариата определенным политическим и культурным условиям, его актуальности. Иджтихад лежит в основе формирования разнообразных мусульманско-правовых школ, многочисленных мусульманских учений, несовпадения их оценок и взглядов[4]. Иджтихад создает другую группу фикх, основанных на концепции соотношения Божественных источников (Корана и Сунны) и разумного их восприятия. К ним относятся иджма и кияс. Иджма как источник мусульманского права порождена необходимостью интерпретации правил Корана и Сунны. А кияс – необходимостью применения правил Корана, Сунны и иджмы к новым случаям сходного содержания по аналогии.

Мусульманское право не является единым законом для всего исламского мира. Исламские государства отличаются не только правовыми традициями, обычаями, но и правовыми системами, основанными на шариате. Мусульманское право, начиная с середины XIX в., постепенно стало допускать помимо мусульманско-правового иные способы регулирования в сфере торгового права, морского права. В конце XIX – начале XX в. в Османской империи была принята Маджалла – мусульманский закон о собственности и обязательствах, сопоставимый с европейскими по технике составления и санкционированный государством[5].

В XX в. правовые системы многих государств, население которых исповедует ислам, традиционно придерживавшихся принципов и норм мусульманского права, испытали значительное влияние правовых концепций и правовых норм тех стран, в чьем колониальном владении они находились. Влияние французского права заметно сказалось на формировании современного права стран Северной Африки, Британская Индия переняла многое из английского общего права. Даже семейное и наследственное право – сфера традиционного регулирования мусульманского права в странах Арабского Востока – претерпело изменения под влиянием европейского права. Для религиозного обоснования нововведений обычно находилось соответствующее мнение известного автора из истории мусульманского права[6].

К настоящему времени остается не так много государств, где нормы мусульманского права действовали бы, полностью обеспечивая регулирование определенной отрасли права. Пожалуй, только в странах Персидского залива и на Аравийском полуострове и только нормы семейного права и нормы об уголовных наказаниях действуют в классическом виде мусульманского права. В то же время во многих исламских государствах мусульманская религиозная идеология формирует политическую действительность. Существуют государства, провозгласившие соответствие собственного законодательства шариату (Исламская республика Иран, Республика Мавритания, Пакистан, Судан и др.). Следует заметить, что меры наказаний, предусмотренных мусульманскими религиозными нормами, по жестокости таковы, что исследователи мусульманского права не рискуют их описывать (А. X. Саидов: "весьма жестокие").

В некоторых государствах действуют суды различных мусульманско-правовых школ (Ирак, Ливан, Судан). В Саудовской Аравии, Бахрейне, Объединенных Арабских Эмиратах система и компетенция мусульманских судов является многоступенчатой и довольно разветвленной; их ведению подлежит рассмотрение как уголовных, так и гражданских дел.

Традиционно характерным для регулирования общественных отношений в государствах Азии и особенно юго-восточной ее части было применение согласительных процедур и поиск компромисса. Отправной идеологической установкой правовой (и нс только правовой) жизни в этих странах является стремление к достижению гармонии – будь то частная сфера отношений между людьми, общественная или публичная. Воспитанию справедливых и гуманных взглядов у всех представителей общества в целом отдается предпочтение перед властно установленными публичными санкциями. Да и само значение права видится в установлении неких образцов поведения, придерживаться которых следует отнюдь не под угрозой принуждения.

Индийское право. На восприятии права – правовых предписаний и запретов – в Индии (а также некоторых других странах Юго-Восточной Азии, народы которых являются приверженцами индуизма) значительно сказываются традиционный образ жизни населения и философия индуизма. Религиозные верования и традиции в Индии подчас играют ту же роль, что и право в странах романо-германской правовой семьи или решения судебных инстанций в Великобритании. Если взять для примера современную индийскую деревню, то и управление, и общинная жизнь в ней практически полностью основаны на традиционных институтах обычного права, в свою очередь опирающихся на индусскую традицию[7].

Современная Республика Индия – федеративное государство, что объясняет особенности формирования ее правовой системы исходя из полномочий государства в целом и отдельных его федеративных единиц – штатов и союзных территорий. Нужно отметить, что современное право Индии, как право Судана, Пакистана и некоторых других государств, подверглось в значительной мере английскому влиянию. Английский язык, наряду с хинди, – официальный государственный язык в Индии. Наиболее значительным следствием влияния общего права на правовую систему современной Индии является деятельность судебных инстанций по толкованию законов на основе соответствующих обращений. Это полномочие индийских судов было заимствовано из практики английского Высокого суда, который издавал чрезвычайные судебные предписания о восстановлении нарушенного права по делам, решение которых было невозможно на основе действующего законодательства. Эти предписания суда имели силу закона. По результатам рассмотрения дела Верховный суд Индии издает распоряжения, приказы, предписания по восстановлению основных прав граждан, а высшие суды штатов используют принудительный судебный механизм не только для защиты основных прав, но и для возмещения ущерба, устранения последствий противоправных действий и т.п.

Полномочия по законотворчеству имеют как общеиндийский парламент, так и парламенты индийских штатов. Законодательные полномочия общеиндийского парламента в целом не ограничены какими-либо территориальными пределами: законы парламента издаются и действуют на территории всего государства. В то же время действие законов общеиндийского парламента в пределах районов некоторых союзных территорий может прекращаться по решению соответствующего губернатора. Такое решение губернатора носит название "публичной нотификации законов парламента" и выносится, как правило, в отношении районов со специфическим социально-бытовым укладом, где применение общих законов без учета местных условий и традиций может иметь последствием серьезные негативные нарушения хода общественной жизни. Юрисдикция парламента штата признается в пределах территории соответствующего штата и ограничена перечнем вопросов, установленных в конституции. По вопросам совпадающей компетенции общеиндийского парламента и парламентов штатов действует правило приоритета компетенции обще- индийского парламента; при этом допускается действие закона штата, хотя и противоречащего общеиндийскому закону, но одобренного президентом страны. В союзных территориях издание законов имеет свою специфику, опирающуюся на исключительные полномочия общеиндийского парламента и на специальные законотворческие полномочия президента страны в отношении территорий с особым статусом.

Как и в праве других государств, испытавших значительное влияние социально-религиозно-философских учений, отдельные сферы правового регулирования – семья, режим семейного имущества, право наследования – в значительной мере сохраняют влияние индуизма. Отсюда особое значение источника права, признаваемое за традиционными обычаями и религиозными доктринами.

Китайское право. Специфику развития современной государственности и правовых институтов в Китае в определенной мере порождает наличие особой административно-территориальной единицы – административного района Сянган – в недавнем прошлом государства Гонконг. Его возвращение в состав китайского государства после 50-летнего пребывания иод юрисдикцией Великобритании определило существование заметных отличий в организации политической власти, формировании государственных органов и правовых институтов в Китае в целом, а также в отдельно взятом районе.

Правовое развитие китайского государства в настоящее время идет через формирование законодательства как парламентским путем, так и иными способами. Юридическую основу правовой системы государства составляет Конституция Китая. На ее базе обеспечивается отраслевая градация права, законодательства. Хотя значение Основного закона за Конституцией признается не всеми исследователями, ссылками на ее нормы часто обосновывается вынесение судебных решений[8]. По форме Конституция – писаный, постатейно структурированный правовой акт декларативно-нормативного содержания. Концептуально в Конституции Китая обосновывается политический курс государства на соединение в государственно-правовой жизни в качестве приоритетных направлений модернизации экономики и укрепления законности. В Китае принят и действует Основной закон об особом административном районе Сянган.

Законодательной системе Китая в целом несвойственна четкая разграниченность понятий "закон" и "норма права". Закоподательствование не является прерогативой одного лишь парламента – Всекитайского собрания народных представителей. Административные органы также уполномочены устанавливать нормативное регулирование. Законодательные и подзаконные акты имеют "конкурирующую" сферу применения. Установление критериев отграничения содержания, процедуры принятия и сферы применения закона в настоящее время является актуальной задачей правовой науки в Китае.

Структуру права Китая можно назвать традиционной в плане ее соответствия критериям структурного деления в странах романо-германской правовой семьи. Гражданское, хозяйственное, трудовое, семейное, уголовное, исправительно-трудовое, гражданское процессуальное, уголовно-процессуальное право и довольно молодая отрасль – административное право – составляют систему китайского права. Практически во всех отраслях действуют кодексы. Отраслевые кодификации в Китае, проводимые с начала XX в., позволили упорядочить законодательство, исключить дублирование, противоречивость, несогласованность ранее изданных многочисленных разрозненных законоположений.

Японское право. Япония – демократическое государство, где политические реалии и социальные запросы по-прежнему опосредуются национальными традициями. В большей степени традиции сказываются на процедурах и механизме принятия решений. Наличие неписаных, негласных правил главным образом регулирует этот процесс. Нравственные традиции определяют, например, в современной Японии приоритет государственных интересов над интересами отдельных групп, в том числе политических партий. Конкретные вопросы ведения и функционирования отдельных министерств решаются коллегиально под руководством заместителя министра. Министр же руководит общеполитическим направлением деятельности вверенного ему министерства. Будучи политиком и как член партии, победившей на выборах в парламент, министр представляет не государственные интересы, а интересы своей партии и в любое время может лишиться полномочий члена кабинета министров. Эта система распределения власти между политической и бюрократической структурами в Японии обеспечивает стабильность и преемственность и, как правило, прогнозируемость экономического курса, государственной политики исполнительной власти.

Другая традиция морально-культурного плана, не имеющая юридического закрепления, но служащая нормой жизни японцев – пожизненный найм рабочей силы. Японская модель управления, в том числе управления персоналом, нередко воспринималась как исторический казус, которому априори отказывали в эффективности. Но японская экономика демонстрирует иные результаты. Более того, Закон о труде, действующий в Японии, к числу постоянных работников относит тех, кто проработал на одном месте более двух месяцев, т.е. юридически не создает никаких препятствий для смены работниками места профессиональной деятельности. Это пример традиции, установившейся в практике японского бизнеса по ассоциации с ценностями конфуцианства, не утраченными в современном японском обществе.

В целом основные характеристики японского права позволяют относить его к романо-германской правовой семье. Право Японии – право статутное; нормы права определяются в актах, принимаемых парламентом. Издание актов идет преимущественно по пути их кодификации. В то же время исследователи специально обращают внимание на то, что схожая по структуре источников с западными государствами правовая система Японии функционирует в совершенно иной культурной среде, со специфическим правопониманием, особенным национальным менталитетом[9].

По форме правления Япония – конституционная монархия. Демонстрируемая на протяжении многих веков верноподданность государству и его олицетворению – императорской власти нашла отражение в конституционной норме об императоре как "символе государства и единства нации". Конституция Японии 1946 г. установила систему государственной власти на основе ее разделения на законодательную, исполнительную, судебную. Двухпалатный парламент избирается всеми гражданами, имеет абсолютную законодательную власть и пользуется большим авторитетом как институт верховной власти. Исполнительную власть осуществляет кабинет министров, формируемый победившей на выборах партией (или партийной коалицией). Суды по традиции не воспринимаются как государственные институты разрешения конфликтных ситуаций, однако под воздействием усложняющихся, главным образом межгосударственных экономических отношений, все более приобретают значение органа, обеспечивающего интересы защиты справедливости, закона.

В японской правовой системе предусмотрен институт судебного контроля за конституционностью законов и подзаконных актов. Эта деятельность не закреплена за каким-либо специальным органом. Суды единой системы осуществляют конституционный контроль в ходе разрешения конкретных дел. Влияние американского права сказалось главным образом на послевоенном японском акционерном, антитрестовском законодательстве, законах о судоустройстве, судопроизводстве – тех, которые были приняты в послевоенный период американской оккупации. Однако отразившееся в отдельных сферах влияние права США в целом оценивается как довольно ограниченное[10]. Основная причина тому видится в принципиально ином техническом характере англо-американского права.

Право в странах Африки. Необходимо сразу отметить, что единой правовой семьи государства Африканского континента не составляют. Современные правовые системы государств Африки в процессе формирования идейно опираются главным образом на целые отрасли права государства-метрополии (чаще это административное и торговое право), на законы, изданные колониальными властями специально для колоний (это сфера хозяйственного, обязательственного права), а также на правовые обычаи и культовые традиции той или иной части континента. По формальным же признакам правовые системы в государствах Африки складываются в европейских или англо-американских традициях – либо путем парламентского законотворчества, либо путем придания решениям судебных инстанций силы судебного прецедента.

Особенность современных правовых систем государств Африканского континента состоит в немалой роли обычного права как в регулировании государственной, так и в общественной жизни. На формировании правового поведения народов Африки сказался многовековой общинный образ жизни. Основу мировоззрения традиционно составляла мифология, отсюда поклонение силам природы, одушевление неживого мира, идолизация лидеров. Моральные нормы, сложившиеся правила поведения в быту по силе их воздействия и теперь неотличимы от юридических. Обычаи стали отражением всего многообразия форм народной жизни. Обычное право африканских государств отразило соседство на одном континенте монархии и демократии как принципов общинной организации, матриархата и патриархального уклада как базы семейного сообщества, первобытно-племенной и политической организации общества и в настоящее время. Соблюдение в территориальных пределах общин обычных норм из поколения в поколение было обязательным и мотивировалось исключительно пожеланиями "жить так, как жили предки"[11].

Обычное право в государствах Африки характеризуется всеми основными чертами, свойственными этому правовому источнику. Нормы права заключаются в предписаниях морально-нравственного характера, а действие норм морали обеспечивается авторитетом и деятельностью государства. И те и другие в большинстве государств существуют в виде неписаных правил, их фиксирование в каких-либо юридических источниках встречается нечасто. Вместе с тем формирование государственной законодательной регламентации осуществляется с учетом либо па основе норм обычного права. Правовые обычаи наиболее заметно влияют на формирование местной общинной власти, регулирование брачно-семейных отношений, вопросов землевладения, собственности и наследования, на традиции правосудия.

Религиозные верования оказывают значительное воздействие на формирование общественного поведения народов Африканского континента. Влияние христианства и ислама на обычный уклад жизни африканских государств сказалось в том плане, что религиозные идеологические установки позволяют соизмерять индивидуальные и общественные поступки с определенными правилами. "Правильность" действий определяется соответствием "Божественным" законам; действия не по правилам или вопреки "правильным" или "Божественным" законам порицаются.

  • [1] См.: Пятая книга Моисея. Второзаконие (гл. 17) // Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. М„ 1996. С. 187; см. также: Папаян Р. А. Христианские корни современного права. М., 2002. С. 389.
  • [2] Шариат – от араб. аш-шар'а – прямой (или правильный) путь.
  • [3] Цит. по: Сюкияйнен Л. Р. Шариат и мусульманско-правовая культура. М., 1997. С. 19.
  • [4] Сюкияйнен Л. Р. Шариат и мусульманско-правовая культура. С. 8.
  • [5] См.: Саидов А. X. Сравнительное правоведение (основные правовые системы современности). М., 2000. С. 303–304.
  • [6] Там же. С. 306.
  • [7] См.: Давид Р., Жоффре-Спинозы К. Основные правовые системы современности. С. 342.
  • [8] Давид Р., Жоффре-Спинози К. Указ. соч. С. 124.
  • [9] См.: Нода И. Сравнительное правоведение в Японии: прошлое и настоящее // Очерки сравнительного права. М., 1981. С. 247.
  • [10] См.: Саидов А. X. Указ. соч. С. 204.
  • [11] См.: Давид Р.. Жоффре-Спинози К. Указ. соч. С. 377.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >