Юридическая техника как наука и учебная дисциплина

Юридическая техника может быть рассмотрена в двух аспектах: как научная дисциплина, составная часть общей теории права и государства, и как учебная дисциплина. Как научная дисциплина юридическая техника имеет свой предмет исследования, который охватывает способы осуществления всех видов юридической деятельности. При этом, будучи вполне самостоятельной наукой, открывающей общие закономерности, например в области нормотворчества или правоприменения, юридическая техника не утрачивает своего прикладного характера, поскольку исследования в ее сфере не могут быть самоцелью. Они служат необходимым инструментарием повышения эффективности всех сторон юридической деятельности. Следует иметь в виду, что юридическая техника развивается и совершенствуется вместе с развитием цивилизации, усложнением характера общественных отношений, расширением и усложнением сферы правового регулирования.

Как учебная дисциплина юридическая техника представляет собой свод устоявшихся и проверенных практикой знаний, необходимых юристу для успешного отправления его профессиональной деятельности. Она не имеет предмета, поскольку ничего не изучает, а сама является предметом изучения. Однако в ходе изучения юридической техники студенты могут осуществлять и научную деятельность, например, проводя сравнительный анализ учебных курсов, готовя доклады и рефераты по проблемам, выходящим за пределы учебной программы.

Выдающийся отечественный философ П. В. Копнин отмечал, что "верная картина изучаемого объекта может быть получена лишь при правильном подходе к нему, лишь при верном методе"[1]. При этом он приводил в качестве иллюстрации слова Ф. Бэкона, который сравнивал правильный метод познания с фонарем, освещающем дорогу путнику в темноте. "Метод (греч. methodos – путь к чему-либо, прослеживание, исследование) – способ достижения цели, совокупность приемов и операций теоретического или практического освоения действительности, а также человеческой деятельности, организованной определенным образом"[2]. Хотя мыслители прошлого не занимались специально вопросами юридической техники, но, создавая общие методологические основы исследования социальных процессов, они тем самым заложили принципиальные основы правотворчества. Мы их находим у Платона, Аристотеля, Цицерона, у более поздних исследователей – Ф. Бэкона, И. Бентама, Ш. Монтескьё, Р. фон Иеринга. Что касается двух последних, то они сформулировали ряд принципиальных положений, используемых до настоящего времени при работе над законами и другими нормативными правовыми актами[3].

Методологическая база юридической техники достаточно широка и включает наряду со специальными юридическими также общенаучные и частнонаучные методы. Наиболее универсальным методом является диалектический. Пользуясь им, исследователь получает возможность проследить генезис любого элемента правовой системы, динамику его становления и развития, все богатство взаимосвязей между государством, правом, политикой, экономикой, моралью, культурой и другими социальными институтами. Применение законов диалектики дает возможность глубже проникнуть в суть процессов, происходящих в сфере правотворчества и правоприменения.

Параллельно с диалектическим методом в юридической технике широко используется его противоположность – метафизический метод. Он необходим тогда, когда возникает потребность вычленить то или иное явление из общего социального контекста для более детального исследования. Естественно, в этом случае нужно соблюдать предельную осторожность, потому что увлечение метафизикой способно привести к односторонности, абсолютизации каких-либо положений. Последнее может иметь негативные последствия.

Чтобы глубже проникнуть в суть правотворческой и правоприменительной деятельности, необходимо проследить всю совокупность связей и отношений в обществе. Это позволяет сделать применение системного метода (подхода). Системный метод для юридической техники едва ли не один из основных. Дело в том, что правовые институты, регулируя общественные отношения, преследуют цель достижения социального компромисса, целостности и стабильности общества как системы.

Надежность и устойчивость системы достигается в первую очередь слаженностью функционирования всех ее элементов. Строгое следование правовым предписаниям является основным условием согласованности в деятельности всех государственных и общественных институтов. И напротив, социальные бифуркации практически всегда связаны с кризисом нс только в области политических, но и правовых отношений. Отследить и своевременно предотвратить опасность социальных потрясений можно с помощью синергетического метода. Политическое руководство государства должно своевременно улавливать социальные притязания различных слоев общества, незамедлительно принимать соответствующие меры, в том числе и правового характера. Примером катастрофических последствий игнорирования синергетического принципа (подхода) может служить судьба нашего государства на протяжении всего XX в.: сначала гибель и распад Российской империи, затем распад СССР. И в том и другом случае не было создано достаточно надежного правового механизма защиты государственной целостности.

Огромное значение для понимания роли права в развитии цивилизации и культуры дает историко-правовой подход. Применительно к юридической технике этот принцип позволяет проследить многовековой процесс развития и усложнения способов правового регулирования общественных отношений, оценить вклад различных стран и народов в формирование правовой мысли и правовой культуры. Анализ древних текстов, фольклора, обычаев дает обильный материал для исследования процессов становления и развития правовых систем. При этом подтверждается положение о том, что каждому историческому периоду соответствовал свой уровень развития юридической техники, и он был адекватен требованиям исторического периода развития конкретной страны.

Историко-правовой метод может быть более эффективен, если он дополняется сравнительно-правовым подходом. Сравнение национальных правовых систем в ходе их эволюции позволяет глубже понять характер и порядок правотворчества с точки зрения взаимовлияния правовых систем. Так, становление римского права произошло на базе древнегреческого права, а юридическая техника средневековой континентальной Европы сложилась на основе древнеримской, дополненной приемами, выработанными глоссаторами и постглоссаторами. Построение синхронистических таблиц и сопоставление национальных правовых систем позволяет сделать вывод о том, что юридическая техника, ее приемы и принципы у различных стран и народов имеют одинаковую природу и подчинены общим закономерностям. Изучение приемов и методов правотворчества и правоприменения различных правовых систем, их критический анализ могут оказать положительное влияние на развитие правовой системы нашей страны.

Очень важен метод социологический. Он позволяет законодателю путем анкетирования, опроса, интервьюирования, наблюдения, анализа статистических данных установить потребность в нормативном правовом акте, оценить его эффективность и отношение к нему населения после принятия и введения в действие. Па основе проведенных социологических исследований организуются парламентские слушания, в результате которых отрабатываются концепция и другие принципиальные положения будущего законопроекта. Социологический метод весьма эффективен в сочетании с методом правового моделирования. Это касается, прежде всего, практики создания модельных правовых актов, образцов документов, основ права и др.

Формально-юридический метод (формально-догматический, юридический, аналитический) представляет собой совокупность средств и приемов изучения и оценки юридических фактов посредством специальных юридических терминов, логических схем, юридических конструкций. Чтобы не впасть в крайности формализма, необходим учет всей системы социальной необходимости, в которой постоянно находится человек.

В юридической технике широко используются логические методы: анализа и синтеза, индукции и дедукции, аналогии и моделирования. Метод анализа применяется в том случае, если необходимо вычленить и детально изучить те или иные проблемы в сфере предполагаемого регулирования общественных отношений, выяснить степень правового обеспечения данной сферы, а также исследовать уже имеющиеся документы на предмет необходимости их изменения и дополнения с учетом возникших потребностей. Однако использование метода анализа чревато определенной степенью субъективизма, что, в свою очередь, требует критического отношения к выводам и их перепроверки. Примером использования метода синтеза может служить практика кодификации правовых норм. Выделение всех гипотез в Основную часть Уголовного кодекса РФ, а диспозиций и санкций – в Особенную часть создает большие удобства для его применения. Тот же принцип, но с существенными особенностями применен в Гражданском кодексе РФ.

Метод индукции чрезвычайно важен при конструировании нормативных правовых актов. Его нарушение наиболее наглядно проявляется при постоянной необходимости дополнять и изменять уже принятые законы. При этом речь идет не о дополнениях и изменениях, связанных с наступившими в последующем сколько-нибудь продолжительном времени новыми событиями, а об элементарном просчете или, хуже того, сознательном игнорировании имеющейся проблемы. Таким образом, восхождение от частного к общему происходит лишь частично и таит в себе возможность обхода принятого нормативного правового акта. Как правотворческая, так и правоприменительная практика использует дедуктивный метод. Он широко используется в судебной практике в качестве способа доказывания, а также при производстве следственных действий.

Метод аналогии применим, когда речь идет о явлениях, имеющих один и тот же смысл. Выработанная за многие годы рыночных отношений достаточно универсальная мировая практика регулирования деятельности акционерных обществ легла в основу успешно действующего отечественного законодательства в данной сфере. В то же время некритический подход к заимствованию чужого опыта правового регулирования может негативно сказаться на качестве правового регулирования, либо просто быть неэффективным. В качестве примера приведем принятый Указ Президента РФ от 24 декабря 1993 г. № 2296 "О доверительной собственности (трасте)", который фактически утратил силу в связи с введением с 1 января 1995 г. части первой Гражданского кодекса РФ, в котором есть глава о договоре доверительного управления. Указ повторял англо-саксонскую практику, которая у нас в силу разницы в понимании права собственности прижиться не могла. Известно, что бывший президент Египта Гамаль Абдель Насер пытался практически копировать некоторые нормативные правовые акты СССР и применять их в своей стране. Как и следовало ожидать, результаты были отрицательны. Та же судьба постигла и попытки ряда латино-американских государств копировать опыт федеративных отношений США.

Правовое регулирование представляет собой интеллектуально-волевой вид деятельности и осуществляется сознательно при помощи правовых норм. Поэтому каждому субъекту правоотношений, даже невысокого уровня интеллекта, эти нормы должны быть понятны, ясны и доступны.

Отсюда возникают определенные требования к языку и необходимость использования лингвистических методов. Для правовой деятельности абсолютно необходима четкая и адекватная терминология. Языку права присуща точность и определенность, что достигается методом лапидарности (от лат. lapidarius – каменный; высеченный в камне). Это принцип краткости и ясности в изложении. В глубокой древности, когда законы высекались на камне, многословия не могло быть по определению. И эта традиция в известной мере сохранилась до сих пор, хотя, конечно, имеются исключения. При этом язык права в известной степени универсален. "Юридическое образование, – писал Р. фон Иеринг, – выходит далеко за пределы какого-нибудь отдельного местного права, в нем встречаются, как на нейтральной, международной почве юристы всех мест и наречий... Предметы их познаний, учреждения и права отдельных стран различны, но способ рассматривать их и понимать одинаков: настоящие юристы всех стран и всех времен говорят одним и тем же языком"[4].

В деятельности юриста большое место занимает поиск, обработка и хранение правовой информации. За последние полвека динамика социальных процессов возросла многократно, что не могло не сказаться на правотворчестве. И здесь на смену традиционным бумажным носителям все большее приходят электронные носители информации. Так за последние годы в юридический быт прочно вошли информационные технологии. Компьютеризация привела к принципиальному изменению всей системы получения, обработки, передачи и хранения правовой информации. Использование образцов документов и шаблонов позволило освободить работника от традиционной бумажной рутины при составлении документов, получить больше времени для творческой деятельности. Нет сомнения, что за информационными технологиями в юриспруденции большое будущее.

Какую бы сторону юридической деятельности мы ни взяли, в ней определяющую роль играют принципы, или общие начала, на которых зиждется вся правовая система, в том числе и юридическая техника. Это принципы законности, профессионализма, эффективности, своевременности, научности, реальности, которые в совокупности со специальными юридическими принципами (императивности, диспозитивности, дозволения и др.) составляют основу всей современной юриспруденции или то, что принято называть "духом закона".

  • [1] Философская энциклопедия. М.: Наука, 1964. Т. 3. С. 409.
  • [2] Всемирная энциклопедия: Философия. М.; Мн., 2001. С. 633.
  • [3] До сих пор не утратили актуальность гл. XXIX "О способе составления законов" и другие главы фундаментального труда Ш. Монтескьё "О духе законов" (см.: Монтескьё Ш. Л. О духе законов / пер. с фр. М.: Мысль, 1999); а также книга Р. фон Иеринга "Юридическая техника" (пер. с нем. СПб., 1906).
  • [4] Р. Иеринг. Юридическая техника / пер. с нем. Ф. С. Шендорфа. СПб., 1906. С. 9-10.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >