Полная версия

Главная arrow Литература arrow История зарубежной литературы второй половины XX – начала XXI века

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

54.2. Война в зеркале литературы: от Мейлера до Хеллера

...Что касается войны в нынешнюю эпоху, то я – пацифист. Ведь это даже не война, это часто индустрия, продукт большого бизнеса...

Дж. Джонс

Как отмечалось, нередко необходима историческая дистанция, чтобы художественно запечатлеть такой огромной важности историческое событие, как мировая война. Лучшие книги о Первой мировой войне Хемингуэя, Ремарка, Олдингтона появились спустя более чем десять лет после ее окончания, в 1929 году. То же относится к наиболее значительным романам о Второй мировой войне. Лучшие из них были созданы не маститыми мэтрами (особые надежды возлагались на Хемингуэя), а писателями нового, молодого поколения. Теми, кто имел непосредственный боевой опыт, были знакомы с "окопной" правдой.

Норман Мейлер: "Нагие и мертвые"

Одним из первых художественно емких свидетельств о войне стал роман Нормана Мейлера (1923–2007) "Нагие и мертвые" (1948). Это был литературный дебют молодого автора, участника боевых действий на Тихом океане. Один из самых лучших образцов американской военной прозы, этот роман – высшее достижение Мейлера, хотя его автор, неутомимо трудившийся как беллетрист, эссеист, публицист, критик, выпустил более двух десятков книг. По своей тематике роман выходит за чисто "военные" рамки, затрагивая многие важные проблемы жизни страны.

Он о судьбе американского морского десанта, разведывательного взвода, высаженного на остров Анапопей в Тихом океане. Участники боевой операции представляют как бы микромодель американского общества, его разные этнические группы и социальные прослойки: ирландец Рой Галлахер, мексиканец Мартинес, командир взвода техасец Сэм Крофт, еврей из Бруклина Джо Голдстейн, поляк Казимир Женавич и др.

Роман написан в жесткой, близкой к натурализму манере. Это сказывается и в описании кровавых подробностей боев, и в воспроизведении грубого солдатского жаргона. Композиция романа мозаична: в повествовании соседствуют монологи героев, дневники, экскурсы в прошлое. Из окопов на передовой читатель переносится в штаб, где в генеральской среде играют роль не только интересы дела, но и сложные отношения между людьми, столкновение их амбиций. Принципиально важен внутренний конфликт между генералом Каммингсом и его адъютантом лейтенантом Робертом Хирном.

Хирн – из числа либералов-интеллигентов. До войны он пытался сблизиться с коммунистами и профсоюзными лидерами, но отошел от них, испытав разочарование и усталость. Антипод Хирна генерал Каммингс – точно уловленный социально-психологический тип, кадровый военный, наделенный милитаристским мышлением, он не только далек от демократических идеалов, но и откровенно им враждебен. "Ястреб" Каммингс – олицетворение жестокости и бесчеловечности военной машины. Он более чем откровенен: "Жаль только, что фашизм зародился не в той стране..." На войне в изображении Мейлера немало хаотичного, бессмысленного, непредвиденного. А продуманная в штабах стратегия нередко дает сбои.

Роман пессимистичен. В нем ощутимы экзистенциалистские мотивы. Человек одинок в столкновении с темными силами. Солдат "один воюет против всех и вся", он – "маленький винтик".

 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>