Понятие языкового знака

§ 17. Определение языка как системы знаков особого рода предполагает известную общность, сходство знаков языка и рассмотренных выше неязыковых знаков, с одной стороны, и своеобразие, специфику языковых знаков по сравнению с неязыковыми – с другой. Следовательно, при объяснении понятия языкового знака необходимо учитывать как сходство, так и различия между ними.

Сходство между языковыми и другими, неязыковыми знаками проявляется в том, что знаки языка характеризуются, в основном, теми же признаками, что и другие знаки. Языковые знаки имеют экспонент (означающее), который выражает определенное содержание, т.е. соотносится с известным означаемым, причем связь между экспонентом знака и его содержанием носит условный характер.

Проиллюстрируем это на примере таких языковых знаков, какими являются слова.

Все без исключения слова любого языка, равно как и другие языковые знаки, представляют собой предметы (в широкое смысле), чувственно воспринимаемые материальные сущности, которые "“сделаны” из звуковой материи"[1], в процессе общения, в потоке речи они выступают в виде звуковых последовательностей или отдельных звуков, воспринимаемых органами слуха. Эта звуковая материя, звуковые оболочки слов и являются экспонентами словесных знаков, их означающими. Экспоненты словесных знаков, так же как и других знаков языка, служат отправным моментом в процессе общения: "Проблема понимания в процессе общения возникает именно потому, что слушающий воспринимает не мысль своего собеседника как таковую, а лишь материальную, знаковую сторону языковых единиц, которая вызывает у него мысль, приближающуюся по своему содержанию к мысли говорящего в той степени, в какой у обоих собеседников оказываются общими те языковые значения, которые закреплены у каждого из них за материальной стороной языковых единиц, посредством которых выражается соответствующая мысль"[2].

Каждое слово как языковой знак заключает в себе ту или иную информацию, выражает определенное значение или ряд значений. Так, например, у существительного лес может быть выделено два основных значения ("площадь земли, обильно заросшая деревьями" и "срубленные деревья как строительный, поделочный и т.п. материал"), у существительного книга – три значения, у глагола пить – четыре, у прилагательного зеленый – пять, у глагола лететь – шесть, у существительного стол – семь и т.д.[3] Значение слова – это означаемое словесного знака, его содержание. Слово является знаком именно потому, что оно выражает определенное содержание. "Звучание [стол], – писал А. И. Смирницкий, – если и пока оно осуществляется без соединения его со значением, если, например, его производит граммофон и его никто не слышит, еще не представляет собой факта языка (т.е. языкового знака – В. Н.). Только вместе со значением “стол” оно делается словом русского языка, со значением “стул” – болгарского"[4].

Содержание слова, как и любого другого знака, обязательно отличается от самого слова как экспонента соответствующего знака, его означающего. Так, слово книга и обозначаемый им предмет – совершенно разные вещи, слово это нельзя подержать в руках, полистать, как книгу, оно не сообщает никаких сведений о возможном объеме книги, о ее содержании, описываемых в ней фактах, событиях и т.п.; слово зеленый не имеет ни зеленого, ни какого-либо другого цвета; слово пить не может утолить жажды и т.д. Произносимые и воспринимаемые на слух слова лишь вызывают представление о соответствующих предметах, признаках, действиях, состояниях, отношениях и т.д. Данная особенность языковых знаков играет важную роль не только в процессе общения людей, обмена информацией между ними, но и в процессе мышления. По словам В. З. Панфилова, "отсутствие подобия между материальной стороной языковой единицы и ее идеальной стороной (десигнатом), а следовательно, и теми явлениями объективной действительности (денотатом), с которыми они соотносятся, является необходимым условием осуществления процессов абстракции и обобщения, образования обобщенного по своему характеру десигната"[5]. И далее: "Возможность абстрагирования и обобщения создается только благодаря тому, что материальная сторона языковых единиц... репрезентирует предметы того или иного рода, с которыми она не имеет какого-либо существенного подобия или сходства"[6].

Говоря о специфике языковых знаков, можно отметить целый ряд довольно ярких особенностей, отличающих знаки языка от других, неязыковых знаков.

Наиболее заметны в известном смысле внешние, формальные различия между знаками языка и неязыковыми знаками, т.е. различия в характере экспонента знака, в его строении, или структуре. По выражению некоторых лингвистов, неязыковые знаки характеризуются непродуктивностью – в том смысле, что они не используются для образования новых знаков, в то время как языковые знаки в большинстве своем участвуют в создании других, более сложных знаков, необходимых для выражения более сложного содержания. Иными словами, подавляющее большинство языковых знаков являются сложными, составными, представляют собой всевозможные сочетания, комбинации более простых знаков. Возможность образования сложных знаков языка путем сочетания более простых знаков обеспечивает исключительное обилие и разнообразие языковых знаков.

Как отмечалось выше, сложными могут быть и неязыковые знаки, однако среди последних преобладают простые знаки, а сложные используются исключительно редко. По словам Ю. С. Маслова, "знаки в искусственных системах либо вовсе не комбинируются между собой в составе одного “сообщения” (например, не сочетаются поднятое и опущенное плечо семафора), либо же комбинируются в строго ограниченных рамках, и эти комбинация обычно точно фиксируются в виде стандартных сложных знаков (ср. ... дорожные знаки, обозначающие запрет проезда тем или иным транспортным средствам, запрет поворота направо или налево и т.д.)"[7]. В языке, наоборот, возможности создания сложных знаков путем комбинирования более простых, можно сказать, безграничны.

Простейшей, кратчайшей знаковой единицей языка считается морфема ("значимая часть слова"). Морфемы прямо или косвенно участвуют в образовании более сложных языковых знаков всех видов – слов, словосочетаний, предложений. В русском языке, например, большинство слов представляет собой сочетания двух или более морфем. Слова, в свою очередь, являются составными частями словосочетаний и предложений; последние могут включать в свой состав не только слова, но и словосочетания. Иначе говоря, сложными, составными знаками русского языка, так же как и многих других языков, являются большинство слов, все словосочетания и (за редкими исключениями типа Да, Нет, Стоп!) предложения.

Языковые знаки принципиально отличаются от многих неязыковых знаков по характеру взаимоотношений между экспонентом и содержанием. Как уже говорилось выше, экспоненты многих неязыковых знаков в той или иной мере мотивируются их содержанием; языковые же знаки принято считать лишенными какой бы то ни было мотивированности. Утверждается, что связь между экспонентом и содержанием у языковых знаков в высшей степени условна. По словам В. М. Солнцева, "знаки языка – звукосочетания (иногда отдельные звуки) представляют собой именно высшую, развитую форму знаков, поскольку их связь с обозначаемыми (значениями) ничем не предопределена"[8]. Наглядным подтверждением данного положения может служить, в частности, тот факт, что одни и те же предметы, признаки, действия и т.д. в разных языках, как правило, обозначаются по-разному, соотносятся с разными звуковыми комплексами; более того, встречаются многочисленные случаи, когда один и тот же (или схожий) звуковой комплекс в разных языках обозначает совершенно различные явления, например: русское рот и немецкое rot (красный), русское тот и немецкое tot (мертвый, умерший), немецкое du (ты) и литовское du (два), русское грубость и польское grubosc (толщина), русское запоминать и польское zapominac (забывать).

Благодаря отсутствию мотивированности языковых знаков устанавливается тесная связь между экспонентом и его содержанием, они как бы сливаются друг с другом. Когда мы в процессе общения употребляем то или иное слово, мы не думаем о его материальной стороне, звуковой оболочке, обращаем внимание лишь на значение, звуковой стороны слов мы как бы не замечаем. Известны случаи, когда билингвист, находящийся в разноязычной среде, с точностью пересказывает содержание только что состоявшегося телефонного разговора, но затрудняется вспомнить, на каком языке он разговаривал с собеседником, т.е. какими конкретными знаками (словами какого языка) он пользовался при этом. Подобный факт может служить еще одним наглядным и весьма убедительным подтверждением условности связи между экспонентом языкового знака и его содержанием.

Язык как естественная, стихийно складывающаяся система знаков является самой обычной, самой привычной для человека знаковой системой. Будучи к тому же наиболее сложной, знаковая система языка отличается от искусственных знаковых систем неограниченными возможностями использования как в сфере общения, так и за ее пределами. С помощью языковых знаков люди, помимо обычного общения друг с другом, формируют свои мысли, познают окружающий мир и т.д. При помощи языковых средств передаются также чувства людей, выражаются их настроения, эмоции, для чего используются такие знаки, как, например, эмоционально окрашенные, стилистически сниженные слова, суффиксы эмоциональной оценки и др.

Поскольку знаковая система языка возникает и развивается естественным путем, помимо воли говорящих на данном языке людей, в ней много неупорядоченности, нет желаемого (полного и строгого) соответствия между означающими знаков и их означаемыми: "То или другое звучание не предполагает с необходимостью строго определенного значения и наоборот"[9]. Это проявляется в широком распространении таких явлений, как многозначность, или полисемия, омонимия, синонимия, вариантность языковых знаков, что в известной мере осложняет процесс общения[10]. Есть, конечно, некоторые элементы подобной неупорядоченности и в некоторых искусственных знаковых системах, о чем уже говорилось выше, однако там подобные случаи крайне редки, являются, можно сказать, исключением из правила.

Обилие разных по своей структуре языковых знаков, неограниченные возможности создания новых сложных знаков путем сочетания более простых, расширение сферы использования знаков за счет полисемии делают язык универсальной знаковой системой – в отличие от любой другой из существующих знаковых систем. Язык как знаковая система особого рода обслуживает людей во всех без исключения сферах их жизни и деятельности, в то время как искусственные знаковые системы в большинстве своем используются лишь в отдельных сферах человеческой деятельности, причем с их помощью решаются узкие специальные задачи.

После того, что было сказано о знаке языка, о его специфических свойствах, можно попытаться сформулировать определение языкового знака, который представляет собой видовое понятие по отношению к знаку вообще как понятию родовому. Если под знаком вообще понимается материальный, чувственно воспринимаемый предмет или явление, выражающие то или иное содержание, передающие определенную информацию, то знак языковой – это знак, выраженный звуком речи или комплексом звуков речи.

Сравним, например: "Языковой знак – это звук или комплекс звуков, являющийся носителем определенного языкового значения..."[11]; "Языковой знак – это материальная единица языка (звуковой или графический комплекс), воспроизводящая в силу исторически условной связи идеальное содержание, которое представляет собой отражение определенного факта объективной действительности с возможными эмоциональными и волевыми наслоениями"[12]; "Знак языково́й – материально-идеальное образование (двусторонняя единица языка), репрезентирующее предмет, свойство, отношение действительности..."[13].

§ 18. Любой знак языка выражает то или иное языковое значение или определенную совокупность значений. Хорошо известны, в достаточной мере изучены и описаны, например, значения слов (лексические, грамматические, словообразовательные и иные), словосочетаний, предложений, морфем и т.д. Сложнее обстоит дело с определением понятия языкового значения вообще, безотносительно к тому или иному виду знаковых единиц языка. По утверждению некоторых лингвистов, родовое понятие, выражаемое термином "значение", вообще не поддается определению[14]. Тем не менее многими лингвистами предпринимаются попытки определить значение данного понятия.

В современном языкознании известны различные концепции в трактовке языкового значения. Наиболее распространенной из них считается концепция, в соответствии с которой "языковым значением называют идеальное содержание, выражаемое идеальной единицей языка, – единицу мышления, представляющую собой отражение определенного факта объективной действительности (класса предметов и явлений или отдельного предмета или явления – в зависимости от контекста), вместе с возможными эмоционально-оценочными и волевыми наслоениями"[15].

Примерно так же объясняется данное понятие в некоторых словарных источниках. Ср., например: "Значе́ние... 1. Отображение предмета действительности (явления, отношения, качества, процесса) в сознании, становящееся фактом языка вследствие установления постоянной и неразрывной его связи с определенным звучанием, в котором оно реализуется..."[16]; "Значе́ние – содержание языкового знака.., образующееся вследствие отображения внеязыковой действительности в сознании людей"[17].

  • [1] Солнцев В. М. Языковой знак и его свойства. С. 15.
  • [2] Панфилов В. З. Философские проблемы языкознания. Гносеологические аспекты. С. 97.
  • [3] Словарь современного русского литературного языка.
  • [4] Смирницкий А. И. Объективность существования языка. С. 24.
  • [5] Панфилов В. З. Философские проблемы языкознания. Гносеологические аспекты. С. 45.
  • [6] Панфилов В. З. Философские проблемы языкознания. Гносеологические аспекты. С. 47.
  • [7] Маслов Ю. С. Введение в языкознание. 1975. С. 32.
  • [8] Солнцев В. М. Языковой знак и его свойства. С. 26.
  • [9] Русский язык: энциклопедия / гл. ред. Ф. П. Филин. С. 411.
  • [10] Подробнее об этом см.: Маслов Ю. С. Введение в языкознание. 2-е изд. 1987. С. 32.
  • [11] Гречко В. А. Теория языкознания. С. 66.
  • [12] Чесноков П. В. Спорные проблемы курса "Общее языкознание". С. 66.
  • [13] Лингвистический энциклопедический словарь. С. 167.
  • [14] См., например: Лемов А. В. Система, структура и функционирование научного термина. Саранск, 2000. С. 153–154.
  • [15] Чесноков П. В. Спорные проблемы курса "Общее языкознание". С. 95.
  • [16] Ахманова О. С. Словарь лингвистических терминов. С. 160.
  • [17] Русский язык: энциклопедия / гл. ред. Ю. Н. Караулов. С. 140.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >